Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

7.2. Влияние гипербарической оксигенации на психофизиологические функции при травматическом стрессе после переломов

Влияние гипербарической оксигенации (ГБО) на состояние психических процессов изучено недостаточно, а это важно потому, что они управляют физиологическими. Следует отметить, что С.О. Киселев [67] среди главных действующих начал ГБО указывает именно на психоэмоциональный (психотропный) фактор. Психологическое состояние, по его мнению, изменяется по следующим причинам:

1) формируются неспецифические и специфические адаптационные реакции организма, которые приводят к функциональным и метаболическим перестройкам;

2) в связи с повышением содержания кислорода в плазме, увеличением кислородной емкости крови, нормализации биоэнергетических процессов в тканях и восстановлением кровотока создаются благоприятные условия для устранения гипоксии и кислородного голодания;

3) дезинтоксикационный эффект (влияние на микросомальное окисление);

4) комбинация вышеуказанных эффектов. Это, как указывает С.О. Киселев [67], – фундаментальная основа для улучшения психических процессов.

Мы изучали влияния ГБО на психологическое состояние при травматическом стрессе, функциональное состояние эндокринной системы, концентрацию остеотропных гормонов, костных маркеров, метаболических процессов в тканях, выявляли корреляцию между психологическими и физиологическими показателями.

Возросшая плотность газа при ГБО-терапии приводила к изменениям механики дыхания и оказывала влияние на рецепторный аппарат. Если при этом учесть, что в управлении гомеостазом ведущая роль отводится лимбической системе, в частности, гипоталамусу и ретикулярной формации, то происходило модулирование регуляторных функций ЦНС, поскольку в клинике отчетливо просматривался не столько стимулирующий, сколько нормализующий эффект ГБО-терапии. Нас положительные эффекты ГБО заинтересовали потому, что они имеют выраженную избирательность и ориентацию на репаративную регенерацию. ГБО представлялось нам эффективным средством улучшения адаптации, снижения уровня тревожности.

7.2.1. Влияние ГБО на физиологические процессы

7.2.1.1 Реакция гипофизарно-надпочечниковой
системы на ГБО-терапию

АКТГ. В ближайшие часы после травмы концентрация гормона увеличена в 10 раз. Перед началом сеанса ГБО (3–5 дни после травмы) больше нормы в 8 раз. После первого сеанса содержание гормона вновь увеличивалось до 11 раз, а после третьего – снижалось. После 10-го сеанса концентрация увеличена в 3,8 раза (у больных, которые не проходили курс баротерапии, – в 6 раз). Через 20 дней после окончания ГБО концентрация гормона выше нормы в 1,3 раза (у не проходивших – в 1,9 раза).

Кортизол. В ближайшие часы после травмы концентрация увеличивалась в 2,9 раза. На 3-й день содержание больше нормы в 2,3 раза. После 3-го сеанса ГБО концентрация увеличилась до 2,5 раз (без ГБО – в 1,9 раза). После 10-го сеанса была выше нормальных значений в 1,3 раза (без ГБО – в 1,6 раза). Через 20 дней после окончания терапии – не отличалась от нормы (у не проходивших курс – была больше в 1,1 раза).

Альдостерон. Концентрация после травмы увеличена в 4,0 раза. Перед началом сеансов ГБО – в 3 раза. После 3-го сеанса вновь возросла до 3,4 раза. После окончания курса (10 сеансов) была повышена в 1,3 раза (у не проходивших курс баротерапии – в 1,7 раза). Через 20 дней находилась в пределах нормы.

Таким образом, травматический стресс привел к усилению деятельности гипофизарно-надпочечниковой системы. В силу этого на третий день концентрация АКТГ, кортизола и альдостерона была увеличена в несколько раз. ГБО также вначале приводила к увеличению этих гормонов, но в последующем происходила
быстрая нормализация.

Норадреналин и адреналин (НА/А). Симпатоадреналовая система реагировала увеличением концентрации главным образом адреналина (в 2,5 раза) и в несколько меньшей мере (1,5 раза) норадреналина. Поэтому коэффициент НА/А уменьшался с 4,8 у здоровых людей до 2,9 после травмы. Эти данные указывали на то, что у больных наблюдалась диссоциация в гормональном (адреналин) и медиаторном (норадреналин) звеньях САС. На этом фоне мы и начинали курс гипербарической оксигенации.

После 3-го сеанса ГБО концентрация норадреналина возросла очень незначительно (10 %), а адреналина – на 67 % (по отношению к 3-му дню после травмы). В силу этого коэффициент НА/А уменьшился до 1,9.

После 10 сеансов в наибольшей мере снижена концентрация адреналина и в несколько меньшей мере – норадреналина. Коэффициент НА/А возрос до 3,2 (до начала терапии он составлял 2,3), что указывало на улучшение сбалансированности звеньев симпатоадреналовой системы.

Через 20 дней после окончания ГБО концентрация норадреналина была выше нормальных значений на 13 %, а адреналина – на 21 %. Отношение НА/А близко к норме – 4,5.

Паратиреоидный гормон. Через сутки после травмы содержание гормона было увеличено в 6,5 раз, на 3-и сутки – в 9,8 раза. В последующие дни без баротерапии концентрация продолжала увеличиваться до 14-го дня, а затем снижалась. Под влиянием баротерапии время максимального увеличения концентрации отмечено на 3-й день, а абсолютное содержание гормона превышало нормальные значения в 8,6 раза, в то время как без ГБО эта величина составляла 14,3 раза. Через 20 дней после окончания курса баротерапии концентрация была увеличена в 1,2 раза, а у больных, не прошедших курс ГБО, – в 2 раза.

Соматотропин. Концентрация этого гормона после травмы возрастала довольно медленно: на 1-е сутки в 1,3 раза, на 3-и сутки – в 2,3 раза. После 3-го сеанса ГБО содержание гормона возросло в 1,2 раза по сравнению с теми больными, которые не проходили курс ГБО. На 10-й день прирост содержания гормона, по сравнению с не проходившими курс ГБО, был 1,4 раза. Через 20 дней после окончания курса ГБО прирост концентрации был в 1,7 раза больше. Эти результаты указывают на то, что под влиянием ГБО более активно происходит процесс синтеза органической основы.

Кальцитонин. На 1–3 дни после травмы концентрация увеличивалась однонаправленно с соматотропином, но абсолютные значения прироста были меньшими (интенсивному приросту препятствовала высокая концентрация паратиреоидного гормона): на 1-е сутки она увеличилась в 1,1 раза, на 3-и сутки – в 1,3 раза. После 3-го сеанса ГБО концентрация увеличилась в 1,6 раза (у тех, кто не проходил баротерапию, – в 1,4 раза). По окончании 10-го сеанса – в 2,2 раза
(у не проходивших – в 1,9). Через 20 дней после курса ГБО концентрация увеличена в 3,0 (у не проходивших – в 2,5 раза).

Остеокальцин. Концентрация на 3-й день после травмы (до ГБО) была выше нормальных значений на 28 %. На 3-й день применения гипербарической оксигенации выше в 3,5 раза (без ГБО – в 2,5 раза). После 10-го сеанса содержание остеокальцина увеличено в 5,6 раза (без ГБО – в 4,2 раза). Через 20 дней после окончания курса – в 7,9 раза (без ГБО – в 5,9). Следовательно, ГБО повышает концентрацию специфического костного маркера – остеокальцина, показателя остеобластической активности (костного формирования). Концентрация его в сыворотке отражала процесс синтеза остеобластами. Он связан с процессами минерализации и является специфическим маркером костеобразования.

цАМФ, цГМФ и их отношение (цАМФ/цГМФ). Определение концентрации циклических нуклеотидов необходимо для суждения об активности репаративного процесса. Взаимоотношения между этими нуклеотидами всегда реципрокные: как только коэффициент становится меньше нормальных показателей, так начинается активное клеточное деление в месте травмы.

Самая высокая концентрация цАМФ наблюдалась всегда через 4–5 часов после травмы. К концу первых суток происходило медленное снижение. На 3-й день после травмы концентрация была выше нормы в 2,4 раза. Содержание цГМФ в первые два дня не изменялось и лишь на 3-й день было увеличено в 2 раза. Коэффициент составлял 10,8 (в норме 8,7 ± 0,4, Р < 0.05). При такой концентрации клеточное деление еще не происходило.

После трех сеансов ГБО произошло более значительное снижение концентрации цАМФ, и большее, чем без ГБО, увеличение концентрации цГМФ, в силу чего коэффициент снизился до 7,5 и это указывало на начавшееся клеточное деление. Наиболее низким (4,6) коэффициент был после 10 сеанса ГБО (13 дней от момента травмы), а без ГБО наиболее активное клеточное деление происходило
на 14–21 дни после травмы.

Данные о циклических нуклеотидах и их коэффициенте были близки к нормальным значениям через 20 дней после окончания курса ГБО (23 дня от момента травмы), в то время как без ГБО – на 26-й день.

После первого сеанса ГБО снижалась внутренняя напряженность, а после 5–7 сеансов уменьшалась отечность тканей.

7.2.1.2. Изменение вегетативных индексов
под влиянием ГБО-терапии

Сравнивали показатели перед сеансом ГБО и после его окончания. В этом случае наиболее полно выявлялось функциональное состояние организма.

1-й сеанс. Выявлены признаки нарушения регуляции и сбалансированности взаимодействия сердечно-сосудистой и дыхательной систем (индекс КХ). Усиливалась ваготония. Систолический выброс практически не изменялся. Сердечная мышца производила меньшую, чем до сеанса ГБО, работу (индекс ДП). Несколько снижены функциональные возможности ССС (индекс КВ). Менее экономно расходуются резервы ССС (индекс КЭК).

2-й сеанс. Усиливалась, по сравнению с первым сеансом, дисрегуляция в сбалансированности взаимодействия сердечно-сосудистой и дыхательной систем (индекс КХ). Ослаблялось проявление ваготонии (индекс ВИК). Несколько возрастала величина систолического выброса – главного прогностического показателя кровообращения (индекс ИА). Сердечная мышца работала менее напряженно (индекс ДП). Четко прослеживалось дальнейшее ослабление функциональных возможностей ССС (индекс КВ). Отчетливо выражена тенденция к менее экономному расходованию резервов ССС (индекс КЭК).

3-й сеанс. Сохранялась дисрегуляция в сбалансированности взаимодействия сердечно-сосудистой и дыхательной систем, но абсолютная величина этого показателя (индекс КХ) становилась меньше. Интенсивность ваготонии такая же, как и после второго сеанса. Аналогично изменена и величина систолического выброса. Работа, производимая сердечной мышцей, не изменена. Нет изменений в функциональных возможностях ССС. Намечена тенденция к большей экономичности в расходовании резервов ССС.

4-й сеанс. Улучшалась сбалансированность взаимодействия сердечно-сосудистой и дыхательной систем. Усиливалась ваготония. Систолический выброс в пределах нормы. Сердечная мышца начинала производить меньшую работу. Функциональные возможности ССС не изменены. Резервы ее расходуются менее экономично.

5-й сеанс. Взаимодействие сердечно-сосудистой и дыхательной систем становится сбалансированнным. Отчетливо выражена ваготония. Систолический выброс не изменен. Сердечная мышца
совершала меньшую работу. Несколько снижались функциональные возможности ССС. Экономичнее расходуются ее резервы.

6-й сеанс. Сердечно-сосудистая и дыхательная системы функционируют сбалансированно. Отчетливо выражена ваготония. Несколько снижен систолический выброс. Сердечная мышца функционирует при затратах, типичных для нормы. Возрастали функциональные возможности ССС. Экономично расходовалась энергия на движение крови в сосудистом русле.

7-й сеанс. Взаимодействие сердечно-сосудистой и дыхательной систем устойчивое. Продолжала усиливаться ваготония. Систолический выброс не изменен. Работа сердечной мышцы по продвижению крови в сосудистом русле продолжала уменьшаться. Возрастали функциональные возможности ССС. Несколько уменьшалась экономичность расходования резервов ССС.

8-й сеанс. Взаимодействие ССС и дыхательной систем сбалансировано. Ваготония уменьшалась. Систолический выброс устойчив. Работа, производимая сердечной мышцей, постоянная. Увеличиваются функциональные возможности ССС. Затраты организма на передвижение крови в сосудистом русле постоянные.

9-й сеанс. Просматривались признаки дисрегуляции ССС и дыхательной систем. Проявления ваготонии уменьшались. Систолический выброс постоянен. Сердечная мышца производила работу в постоянном режиме. Функциональные возможности ССС не нарушены. Расходование резервов ССС на перемещение крови не отличалось от нормы.

10-й сеанс. Деятельность ССС и дыхательной систем сбалансирована. Уменьшалось преобладание ваготонии. Систолический выброс без изменений. Сердце производило постоянную работу. Функциональные возможности ССС не отличались от нормы. Несколько снижена экономичность расходования резервов ССС на передвижение крови в сосудистом русле.

Заключение по результатам этих наблюдений может быть таким: функции вегетативной нервной системы на протяжении 10 сеансов ГБО направлены на регуляцию состояния внутренних органов и поддержание постоянства внутренней среды организма. В частности, парасимпатический отдел обеспечивал процессы стабилизации внутренней среды на протяжении этих сеансов. Во время первых двух сеансов отмечены признаки напряжения в сбалансированности работ отдельных систем. Симпатикотонии не наблюдалось, что указывало на благоприятное развитие деятельности регуляторных систем гомеостаза. Ваготония свидетельствовала о благоприятном анаболическом варианте метаболизма и экономном режиме функционирования. Организм приспосабливался к окружающим условиям, в частности, экономичнее расходовались резервы сердечно-сосудистой системы.

7.2.1.3. Кровообращение и костеобразование в конечности

Время поступления меченого технефора в место перелома достоверно сокращалось после 10-го сеанса ГБО, и эта же закономерность отмечена через 20 дней после прохождения курса ГБО (табл. 7.7). После 10-го сеанса объемная скорость кровотока была больше на 24 % и постепенно уменьшалась (до 12 %) через 20 дней после окончания ГБО. Накопление меченого технефора, указывающего на интенсивную минерализацию костной мозоли, было наибольшим после 10-го сеанса. Через 20 дней накопление уменьшалось, что указывало на тенденцию к завершению костеобразования. В контрольной группе в это время только достигалось максимальное накопление меченого технефора.

Таблица 7.7

Влияние ГБО на состояние кровообращения (% по сравнению с контролем) в месте перелома и активность репаративного костеобразования (% накопления меченого технефора
по сравнению с контролем; М ± SD)

Показатели

Перед началом ГБО

После
3-го сеанса ГБО

После
10-го сеанса ГБО

После
20 дней

ГБО

О

К

О

К

О

К

О

К

Время (с) кровотока

27 ± 0,9

26 ± 0,8

24 ± 0,7

25 ± 0,9

20* ± 0,9

24 ± 0,5

19* ± 1,0

22 ± 1,1

Объем (%)кровотока

168 ± 4,1

166 ± 3,6

189 ± 2,7

174 ± 3,4

234* ± 6,5

189 ± 4,9

152* ± 5,4

171 ± 7,1

Накопление (%) технефора

346 ± 14,1

363 ± 15,8

404 ± 17,1

385 ± 14,8

452* ± 0,3

374 ± 16,8

257* ± 19,5

229 ± 20,6

Примечание. О – испытуемые с переломами в условиях ГБО; К – с переломами без ГБО; знаком «*» обозначены величины, статистически достоверно (Р < 0,05) отличающиеся от соответствующего контроля (К).

После переломов возникает стаз в сосудах и тромбоз, приводящие к дальнейшему нарушению микроциркуляции. Нашими многочисленными исследованиями [112] установлено, что кровообращение изменялось во всей конечности. Снижалвсь скорость лимфотока, что приводило к дополнительному (помимо гематомы) сдавлению тканей отечной жидкостью. В силу этого остеогенные клетки находились в условиях гипоксии, которая сопровождалась гликолизом – обменом веществ, менее выгодным в энергетическом отношении. Поэтому удлинялось время перестройки костной мозоли, так как нормальная функция остеобластов возможна лишь при хорошей их оксигенации. ГБО положительно влияла на общую гемодинамику, снимала спазм сосудов в зонах ишемии, улучшала капиллярный кровоток, способствовала развитию коллатералей.

Нормализация местного кровообращения под влиянием ГБО приводила к усилению интенсивности обмена веществ в тканях места перелома, что способствовало нормализации репаративного процесса.

Пролиферация клеток и синтез коллагена зависят от активности биоэнергетических процессов. В первые три дня после травмы или удлинения она увеличивалась под влиянием повышенной концентрации цАМФ, возникало напряжение адренергических механизмов, что сопровождалось ингибированием деления клеток. После 3-го сеанса ГБО содержание цАМФ снижалось, увеличивалось цГМФ, что приводило к подключению холинергических механизмов.

Обеспечение организма кислородом препятствовало развитию проявлений анемии при травме как следствия кровопотери. Кислород под повышенным давлением снимал гипоксию, нормализовал обменные процессы в тканях зоны перелома и способствовал нормальному формированию костного регенерата. Применение высоких режимов ГБО у травматическом стрессе патогенетически оправдано.

Механизм действия ГБО включает специфические и неспецифические адаптационные реакции, развивающиеся в ответ на воздействие данного сильного раздражителя ГБО. Неспецифические реакции теснейшим образом связаны с деятельностью симпатоадреналовой системы (САС).

Различия в концентрациях суточной экскреции НА и А свидетельствовали о наличии отклонений в деятельности вегетативной нервной системы. По окончании курса ГБО происходила нормализация показателей экскреции катехоламинов и восстановление баланса между симпатическим и гормональным звеньями САС. Учитывая благотворное влияние ГБО на состояние симпатоадреналовой системы, можно предположить положительное воздействие баротерапии и на церебральные моноаминоергические комплексы. На клеточном уровне происходило усиление функции фибробластов. При незначительном избыточном давлении баротерапия оказывала непосредственное воздействие на клеточное дыхание.

Рефлекторные механизмы, включающиеся в нейрогуморальную систему посредством гипероксического раздражения нейрорецепторов (механо-, хемо- и адренорецепторов), распространяют регуляторное и/или ингибирующее влияние на функциональную, метаболическую и морфогенетическую активность клеток-мишеней. Нередко открываласт такая закономерность: патофизиологические реакции пониженной активности стимулируются под влиянием ГБО, а высокой – ингибируются, хотя это и не является абсолютным.

Метаболические сдвиги и различные физиологические реакции в ответ на действие ГБО являются приспособительными реакциями на повышенное содержание кислорода и поддержание гомеостаза на физиологическом уровне. Гипербарическая оксигенация усиливала анаболические процессы в поврежденных тканях и снижала активность катаболических. Нормализация фосфорно-кальциевого обмена способствовала перестройке костной мозоли в кость в оптимальные сроки. При вяло срастающихся переломах происходила нормализация репаративного остеогенеза.

Адаптационная стадия гипероксического состояния характеризовалась активацией функциональных (биоэлектрогенез, гемодинамика), метаболических (биоэнергетических, дезинтоксикационных, биосинтетических) и морфогенетических (ультраструктурных, субклеточныхи клеточных) реакций независимо от происхождения патологического процесса.

Молекулярные процессы кислородных эффектов связаны с конформационными изменениями биомолекул (прежде всего ферментов, мембранных рецепторов), определяющих количественные и качественные параметры динамики функциональной, метаболической и структурной адаптации на гипо-, нормо- и гипербиотическом уровнях жизнедеятельности клетки и организма в целом.

При ГБО повышалась резистентность к повреждающим факторам и поддерживалась жизнеспособность целостного организма. Это достигалось путем изменения нейрогуморальной регуляции, ферментативной активности, воздействия на противовоспалительные механизмы и иммунореактивный статус в целом, приближения разбалансированных параметров гомеостаза и метаболизма к физиологической норме.

Благоприятный эффект ГБО обнаружен нами в возрасте
60–75 лет. При первых сеансах отмечен отчетливо выраженный стрессорный эффект в виде увеличения концентрации гормонов стресс-группы, но уже после 4-го сеанса выявлен стресспротекторный эффект. Эффект обусловлен активацией антиокислительной активности и оптимизацией основных газовых показателей крови.

У пожилых людей кислород под избыточным давлением оказывал геропротекторный эффект в силу специфического действия на зависимые редокс- и антиредокссистемы в реакциях митохондриального и микросомального окисления и неспецифического полирецепторного воздействия, мобилизирующего универсальные защитно-приспособительные и компенсаторные процессы. ГБО устраняла гипоксию тканей, нормализовала биоэнергетику нервных клеток, предотвращала развитие осложнений и способствовала нормализации нейрохимических процессов. ГБО-терапия обладала метаболическим, антигипоксическим и детоксикационными эффектами. Повышение уровня серотонина коррелировало со снижением депрессивной симптоматики и стимуляцией когнитивных функций. Поэтому ГБО-терапия может быть использована как нейрометаболическая церебропротекция.

Образованию органической основы регенерата способствовала повышенная концентрация соматотропина, стимулирующего анаболические процессы. При одновременном действии соматотропина и паратирина активизировалась пролиферация остеогенных клеток, превращение клеток-предшественников в остеобласты, усиливалась биосинтетическая активность для образования костной ткани.

Повышенная концентрация цАМФ способствовала продукции паратиреоидного гормона. Снижение цАМФ приводило к увеличению цГМФ, который стимулировал освобождение лизосомальных энзимов и гистамина, приводил в движение клеточный пул и стимулировал пролиферацию клеток костного мозга. Индукторы пролиферации клеток, взаимодействуя с рецепторами мембран, усиливали транспорт ионов внутрь клеток.

7.2.1.4. Результаты психологического исследования

Мы проследили за тем, как ГБО-терапия влияет на психологическое состояние людей при травматическом стрессе в возрастном аспекте.

7.2.1.4.1. Влияние на молодых здоровых людей 20–25 лет

Перед первым сеансом ГБО в силу полученной травмы у испытуемых преобладало состояние растерянности, тревожности средней интенсивности с тенденцией к высокой. Двигательная активность была низкой. Вегетативный тонус снижен.

После первого сеанса отмечено состояние эмоционального подъема, чувство радости, оживлялась мимика, была характерна откровенность и динамичность общения. Для настроения типична лабильность (от состояния восторга от процедуры до печали по поводу полученной травмы). Происходило это под влиянием высокой концентрации кортизола – основного гормона стресса, защищающего организм от любых резких изменений физиологического равновесия. Эффект достигался за счет усиления метаболизма углеводов, белков и липидов, а также изменения электролитного баланса. Усиливалась парасимпатическая активность. Постепенное исчезновение радости является следствием уменьшения концентрации кортизола и увеличения соматотропина.

Основной тип взаимодействия с людьми – сотрудничающий. Отмечена склонность к кооперации, гибким и компромиссным решениям. В отношениях с людьми больные следовали правилам и принципам хорошего тона, были дружелюбны в общении с окружающими и персоналом. В конфликтных ситуациях основной тип поведения – компромисс, сотрудничество и избегание трудных ситуаций.

После третьего сеанса уровень ситуационной тревожности стал ниже, уменьшилась напряженность, повысилась активность. По данным теста Х. Шмишека тип акцентуаций характера – гипертимный с такими чертами как: общительность, хорошее настроение и трудность перенесения больничной обстановки. По Р. Кэттеллу была характерна чувствительность, импульсивность, ожидание внимания со стороны окружающих людей. Типично беспокойство о состоянии своего здоровья. Тест Т. Лири указывал на усиленное стремление к сотрудничеству с окружающими людьми. В конфликтных ситуациях основной тип взаимодействия – избегание ее. Улучшение показателей психо-эмоционального статуса отражалось на физиологических механизмах их реализации, но в репаративном процессе в области травмы изменения пока не выявлялись. Показатели отмеченных сдвигов (психологических и физиологических) были выше у женщин, чем у мужчин.

После 4–5 сеансов в этой возрастной группе отдельные испытуемые отметили спад эмоционального состояния, ухудшение настроения и даже головную боль. При последующих сеансах этот эффект исчезал. Объясняем мы этот факт тем, что у молодых людей очень важен точный подбор интенсивности оксигенации.

После 10-го сеанса уровень тревожности был низким. Характерна повышенная эмоциональность. После 8–10 сеансов отмечено уменьшение отечности тканей. Сами испытуемые констатировали лучшую регенерацию поверхностных повреждений кожи вокруг ран. Срок лечения уменьшался на 10–15 дней.

В контрольной группе (без ГБО-терапии) значения всех психологических тестов и физиологических показателей были выше, так как медленнее шла регенерация.

Влияние на здоровых людей 35–45 лет

В этой группе после первых сеансов ГБО психоэмоциональное возбуждение было менее заметно, чем в предыдущей: констатировалась эмоциональная стабильность, нормализация сна и преобладание хорошего настроения. Несколько выше эмоциональность была у женщин.

К 6–7-му сеансам происходило существенное снижение уровня тревожности. К 10-му он был снижен на 30 %. Оживлялись интересы, уменьшилась раздражительность, утомляемость, превалировало положительное настроение, в течение длительного времени преобладала эмоциональная стабильность. Клинически отмечено быстрое заживление ран.

Влияние на испытуемых при травматическом стрессе
в возрасте 60–75 лет

Психологические тесты до сеансов ГБО указывали на то, что у них ослаблена интенсивность и подвижность процессов возбуждения и торможения, особенно внутреннего, в коре головного мозга. Это проявлялось в повышенной и неоправданной раздражительности, подозрительности, рассеянности, невнимательности, повышенной пессимистичности, неуверенности в себе и угрюмости. Личностная тревожность всегда среднего уровня, а ситуационная – высокая. Была типична сниженная самооценка, ослаблена выраженность эмоций, снижены интеллектуальные возможности, плохая память, нарушен сон, иногда была головная боль. Люди нередко просили персонал проводить их на то или иное обследование, так как плохо ориентировались в обстановке и не могли сообразить, куда идти. Отмечен спад жизненной энергии и потеря интереса к жизни.

Данные теста Р. Кэттелла свидетельствовали об эмоциональной неустойчивости. При расстройствах люди теряли равновесие духа, были подозрительными, внутренне напряженными и догматичными. Типична ипохондрия, слабость, утомляемость, неуверенность в себе, озабоченность, суетливость, задумчивость, сниженная самооценка, угрюмость, раздражительность, пессимизм, беспокойство о будущем и ожидание неудачи. Заняты были своими делами, избегали всего необычного, излишне внимательны к мелочам. Осторожны, честолюбивы, расчетливы. Подозрительны к новым людям, склонны к морализации и нравоучениям. Характерен спад энергии. В конфликтных ситуациях предпочтительный тип поведения пожилых людей – приспособление (к ситуации).

После третьего сеанса ГБО изменений в чертах личности не происходило, но после 10-го сеанса все показатели находились в пределах нормальных колебаний. Уже по внешнему виду больных выявлялись положительные изменения в виде просветленного лица и более высокого жизненного тонуса. Ситуационная тревожность – средней степени с тенденцией к низкой. Это указывало на отчетливое сглаживание обостренных черт личности. Эта же закономерность сохранялась и через 20 дней после окончания сеансов ГБО.

При тестировании по Х. Шмишеку чаще встречались следующие акцентуации с их характерными чертами:

1) застревающий (умеренная общительность, неразговорчивость, настороженность, недоверчивость, чувствительность к обидам и огорчениям; люди уязвимы, подозрительны, с трудом отходят от обид, заносчивы, самонадеянны, ревнивые);

2) эмотивный – эмоциональный (характерна эмоциональность, чувствительность, тревожность, боязливость, гуманность, отзывчивость, впечатлительность и слезливость; редко вступают в конфликты).

Таким личностям свойственно чувство долга и исполнительность. В конфликтных ситуациях для них характерно избегание, но иногда они сами служили источником конфликтов, отмечались вспышки гнева. Эмотивность проялялась слезливостью, исполнительностью, обостренным чувством долга и скрытностью обид. Больные испытывали эмоции тревоги, вины, страха перед будущим.

Тип акцентуаций характера до начала сеансов ГБО – «застревающий». Отсюда вытекала настороженность и недоверчивость, паникерство, обидчивость, погруженность в мрачные раздумья, жесткость установок и взглядов, инертность в мышлении.

У большинства больных под влиянием ГБО достигалось психосоматическое равновесие: несколько повышалось настроение и самочувствие, наблюдалось оживление эмоций, возрастала активность. Больные становились эмоционально более стабильными, уменьшалась напряженность и тревожность, но гораздо медленнее, чем в группе 35–45 лет. Выявлялась целенаправленность в поведении и самолюбие. Они отмечали улучшение памяти и функций внутренних органов.

По тесту Т. Лири реальное и идельное «Я» людей с переломами накануне сеансов ГБО крайне ограниченное: они были нетерпимы к критике в свой адрес, беспомощны, склонны обвинять во всем окружающих, так как имели собственное мнение по каждому вопросу, требовали уважения к себе. В конфликтных ситуациях выбирали путь сотрудничества, избегания и приспособления.

После третьего сеанса ГБО реальное «Я» не изменялось, некоторые сдвиги отмечены лишь в идеальном «Я». Преобладающий тип межличностных отношений – любят давать советы. Выражено чувство собственного достоинства.

После 10-го сеанса ГБО тип отношений – «сотрудничающий-конвенциальный». Люди дружелюбные и отзывчивые. Выражено стремление к сотрудничеству, повышена откликаемость.

Тип идеального «Я» – «зависимый-послушный». Ведущей являлась потребность в привязанности к теплым отношениям. Хорошая репутация поддерживалась исполнительностью и ответственностью. Чувствительные к невниманию и грубости. Типична повышенная самокритичность.

Через 20 дней после сеансов ГБО тип межличностных отношений – «авторитарно-сотрудничающий»: любят давать советы, требуют уважения к себе. Настойчивые и упорные в достижении цели, реалисты, критичные и навязчивые в оказании помощи.

Накануне выписки испытуемые, которым проводилась ГБО, настроены оптимистично, проявлялись элементы жизнерадостности.

На основании анализа психологических тестов нам удалось установить, что под влиянием ГБО происходит улучшение психологического состояния, снижался уровень тревожности и уменьшалось беспричинное беспокойство.

ГБО вызывала, прежде всего, усиление регуляторных механизмов, которые были ослаблены до начала терапии, то есть включалась система первичной защиты. Раньше других реагировали сердечно-сосудистая и дыхательная системы, о чем мы судили по вегетативным индексам. Затем подключались гормональная и нервная системы. По В.И. Медведеву [88], эти изменения составляют сущность первой фазы адаптации.

Но уже в недрах первой и, особенно, второй фаз адаптации начинала действовать система поиска новых психофизиологических механизмов, которые могли бы быть включены в процесс поддержания постоянства внутренней среды. Состояние фрустрации, характерное для больных после травм, в фазе поиска несколько ослабевало.

Психофизиологические функции обеспечивали необходимый уровень реагирования и поддерживали или изменяли структуру гомеостаза. Выраженный эффект улучшения психофизиологического состояния функций организма в это время еще расходится со сдвигами в поврежденных тканях. Состояние эйфории после пятого сеанса уже ослаблялось.

Измененное функциональное состояние коры головного мозга после травм приводило к недостаточности гипоталамуса. В психоэмоциональном состоянии больных выявлены отдельные симптомы невроза, которые проявлялись озабоченностью, беспокойством, неуверенностью в возможностях своего организма к репаративному костеобразованию.

Состояние эйфории и расширение объема общительности, наблюдавшиеся в течение первых сеансов ГБО у молодых людей, мы объясняем повышением функционального состояния дофаминных волокон, идущих от черной субстанции, и норадреналиновых, идущих от голубого пятна, и представляющих собой части ретикулярной активирующей системы формации ствола мозга (эти волокна иннервируют весь передний мозг). В силу этого повышалась продукция естественных опиатов и норадреналина при возбуждении гипофизадреналовой системы. Определенный вклад в этот эффект вносит и повышенная концентрация альдостерона. Ретикулярная
формация, усиливая и длительно поддерживая состояние активации, облегчает процессы иррадиации внутрикоркового возбуждения.

Под влиянием ГБО улучшалась деятельность не только различных структур головного мозга, но и внутренних органов и скелетной мускулатуры, что способствовало нормализации гормонального фона и большей активности репаративного процесса.

В процессе проведения сеансов ГБО вначале были заметны существенные положительные сдвиги в эмоциональной сфере, затем связанные с устойчивостью внимания и работоспособностью.

Изменение личностной и ситуационной тревожности расценивается как генерализованная активация на изменение гомеостаза. Во время тревожности мы наблюдали повышение концентрации глюкокортикоидов, усиление синтеза катехоламинов, особенно норадреналина. Избыточный синтез нейромедиаторов воздействует на биосинтез и распад фермента супероксиддисмутазы, являющегося одним из важнейших компонентов в системе перекисного окисления липидно-оксидантной системы [13].

В отдаленный период после завершения курса ГБО констатировавшиеся нами психологические показатели адаптации теряли свою осознанность и уходили в подсознание, приобретая черты автоматизированного поведения [161].

При травматическом стрессе перед началом применения ГБО (3–5-й дни после травмы) отчетливо выражен ряд таких эмоций, как растерянность, печаль, горе и тревожность, которые свидетельствовали о повышении функционального состояния лимбической системы. Эта система максимально быстро способствует адаптации организма к изменившимся условиям жизни путем активации вегетативной нервной системы, которая в свою очередь воздействует на эндокринную и нервно-гуморальную.

В результате анализа многочисленных психологических тестов нам удалось установить, что под влиянием ГБО происходит улучшение психических процессов. Возникавшие после травм изменения в психологии заметно регрессировали, в том числе и в эмоциональной сфере пожилых людей. У них снижался уровень тревожности и уменьшалось беспричинное беспокойство.

Психологические факторы обеспечивают необходимый уровень реагирования, осуществляемого физиологическими процессами и поддерживают или изменяют структуру гомеостаза.

По мнению Пейпса, эмоциональное состояние является результатом циркуляции возбуждения по структурам лимбической системы от гипокампа через маммилярные тела в передние ядра таламуса и поясную извилину. Она (поясная извилина) является истинно рецептивной зоной переживаемой эмоции. Однако эмоциональное состояние проявляется не только субъективно, но и способствует той или иной целенаправленной деятельности, то есть отражает ту или иную мотивацию, и возникает лишь в том случае, когда возбуждение от лимбических структур распространяется на новую кору и, прежде всего, в ее лобные доли. Без участия новой коры эмоция получается неполноценной. Она теряет свой биологический смысл и выступает как ложная.

Выраженный положительный эффект улучшения психологического состояния в это время еще не соответствует степени сдвигов в поврежденных тканях. Состояние эйфории после пятого сеанса уже ослабляется.

Измененное функциональное состояние коры головного мозга после травм приводило к недостаточности гипоталамуса. В силу этого в психоэмоциональном состоянии испытуемых выявлены озабоченность, беспокойство, неуверенность.

Повышение концентрации кислорода по-разному отражалась на состоянии психических процессов у людей разного возраста. Внутренние и внешние сенсорные стимулы, действуя на более чувствительные под действием ГБО нервные окончания, интенсивно активировали ретикулярную формацию, которая посылала усиленные импульсы в гипоталамус, таламус и кору головного мозга, вызывая повышение их активности, в результате чего у пожилых людей, страдавших от остеопороза и переломов, возрастало число эмоций и их интенсивность.

Эмоции страха осуществляются через структуры амигдалярного круга: миндальный пучок переднего мозга – амигдалярная область, где происходит конвергенция с волокнами, идущими от латерального обонятельного тракта. От миндалины волокна распространяются к коре передней височной области. Напряжение мышц, боль, отмечаемые при травмах, в условиях гипоксии тканей вызывали отдельные нарушения психических процессов. После устранения гипоксии интенсивность боли уменьшалась.

Существенное внимание мы уделили изучению интенсивности ситуационной тревожности и выраженности депрессии. Тревожность обусловлена проявлениями фрустрации и измененными физиологическими параметрами. При непрерывном ее усилении развиваются отдельные признаки нарушения адаптации. При высоком уровне тревожности механизмы направлены уже на защиту личности, что служит указанием на недостаточность усилий для преодоления стресс-реакции, возникшей после травм.

Эффективными для снижения уровня тревожности были индивидуальные вербальные схемы психической активности, создававшиеся больными с помощью психолога, а также обучение больных умению переносить тревожность в область межличностных отношений и коммуникативных связей. Это достигалось следующими путями:

1) построением системы взглядов о сроке, активности репаративного процесса и эффективности лечения под влиянием ГБО;

2) объясняющими суждениями типа «надеюсь на большой опыт врачей и удачный исход лечения»;

3) перенесением повышенного уровня тревожности на размышления о костеобразовании и его продолжительности, а также прогнозирование итогов лечения;

4) доверительных отношений с лечащим врачом;

5) формирования суждения, объясняющего причины тревожнлсти;

6) создание жизнеутверждающей модели своего отношения к работе и учебе у молодых людей, а у пожилых – иного отношения к жизни и к целям ее по типу: «Будущее представляется мне всегда лучшим в социальном плане».

Указанные способы уменьшения тревожности отражались на поведении испытуемых, стабильности их позиции и постоянстве жизненных установок.

Нормализовавшееся с помощью ГБО и психолога соотношение процессов возбуждения и торможения в ЦНС изменяло деятельность не только различных структур головного мозга, но и способствовало нормализации гормонального фона и большей активности репаративного процесса. Это замечали на примере ран даже сами больные, что приводило к усилению яркости эмоций и их числу.

В процессе проведения сеансов ГБО вначале были заметны существенные положительные сдвиги в эмоциональной сфере, затем связанные с устойчивостью внимания и работоспособностью.

По данным ряда авторов, благоприятные изменения под влиянием ГБО возникают в силу накопления свободных радикалов кислорода и органических молекул. Биосинтетические процессы обеспечивают метаболическое обновление и белковый гомеостаз в ЦНС, образование нейропептидов в гипоталамусе, гормонов надпочечников и белков сыворотки крови после травм. В итоге увеличивалась концентрация отдельных олигопептидов – ангиотензина II, брадикинина, бета-липопротеина, фрагментов распада АКТГ. От выравнивания соотношения нейромедиаторов в значительной степени зависела возросшая эмоциональная реактивность. Повышался тонус сосудов головного мозга, усиливались процессы возбуждения и торможения, оптимизировалось соотношение и скорость основных нервных процессов, улучшалось восприятие. Возникали адаптивные изменения как в системе нейрогуморальной регуляции (нейрорецепторы, ЦНС, эндокринные железы, вегетативная нервная система), так и в эффекторных органах, усиливая адаптационно-функциональные элементы.

Психологические механизмы являлись обязательными компонентами антигипоксической защиты до сеансов ГБО. Большую роль в адаптационном ответе играли такие свойства человека, как эмоциональность и тревожность. Они во многом определяли формы психологической адаптации не только вначале, но и на всех последующих этапах. Эмоции здесь выступали как механизм, который оценивал опасность возникающей ситуации, а тревожность выполняла роль ведущего фактора субъективной оценки своих возможностей по формированию механизмов антигипоксической защиты.

Изменение личностной и ситуационной тревожности расценивается как генерализованная активация на изменение гомеостаза. Во время тревожности мы наблюдали повышение концентрации глюкокортикоидов, усиление синтеза катехоламинов, особенно норадреналина.

Благодаря психологическим исследованиям нам удалось также выяснить механизм изменения функционального состояния желудочно-кишечного тракта после травм. В частности, мы наблюдали, что в течение часа после приема пищи она не уходит из желудка, а в течение второго – уходит намного быстрее, чем обычно. Оказалось, что этот эффект обусловлен возбуждением под влиянием ГБО в области мамиллярных (сосцевидных) тел комплекса структур заднего отдела гипоталамуса, входящих в состав лимбической системы, тормозящих моторику желудка и кишечника, а также процессы всасывания в нем, повышающих слюноотделение и желудочную секрецию. После 10-го дня этот эффект поддерживается нарастающей концентрацией кальцитонина.


Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074