Научная электронная библиотека
Монографии, изданные в издательстве Российской Академии Естествознания

4.5.3. О взаимосвязи нарушений белкового, липидного и фосфолипидного спектра крови, активации процессов липопероксидации с тяжестью клинических проявлений острого гематогенного остеомиелита

В соответствии с необходимостью патогенетического обоснования новых принципов диагностики, прогнозирования течения заболевания и оценки эффективности лечения были проведены комплексные обследования больных трех групп, включающих пациентов с локальной и генерализованными формами ОГО. Сначала была дана оценка динамики изменений белкового, липидного и фосфолипидного спектров крови. В то же время была предпринята попытка установления патогенетической взаимосвязи изменений липидного и фосфолипидного спектров крови с активацией процессов липопероксидации, состоянием антиоксидантной системы крови в динамике прогрессирования заболевания.

Результаты проведенных нами исследований показали, что при локальной форме острого гематогенного остеомиелита интегративные показатели белкового состава крови находились в пределах нормы. Последнее свидетельствовало об отсутствии интенсификации синтеза «острофазных» белков, свойственной синдрому системного воспалительного ответа в соответствии с общепринятыми данными отечественной и зарубежной литературы [11, 32]. В то же время в литературе не систематизированы данные относительно нарушений метаболизма липидов и их фракций, изменений интегративных показателей содержания их в крови при воспалительных процессах той или иной локализации, сопровождающихся системными метаболическими сдвигами.

Анализ отечественной и зарубежной литературы, посвященной вопросам липидного обмена при гнойно-воспалительных заболеваниях у детей, показал наличие лишь единичных несистематизированных сведений. Вышеизложенное послужило основанием для детального изучения характера и механизмов нарушения липидного метаболизма по ряду интегративных показателей содержания их в крови (уровню общих липидов и их фракций: моно-, ди-, триглицеридов, свободного холестерина, эфиров холестерина, неэстерифицированных жирных кислот, общих фосфолипидов, а также их фракций: фосфатидилэтаноламина, лизофосфатидила, фосфатидилхолина, фосфатидилсерина, сфингомиелина, фосфатидных кислот). Исследование было проведено в целях установления патогенетической значимости нарушений баланса липидов в прогрессировании острого гематогенного остеомиелита у детей младшего возраста.

Выполненное нами комплексное изучение состояния интегративных показателей липидного спектра крови позволило выявить довольно ранние их изменения, опережавшие развитие нарушений белкового обмена.

Закономерными метаболическими сдвигами, свойственными локальной форме ОГО были: снижение содержания общих липидов, равномерное снижение содержания различных фракций липидов (моно-, ди-, триглицеридов, свободного холестерина, неэстерифицированных жирных кислот, эфиров холестерина), нарушение соотношения между отдельными фракциями фосфолипидов, в частности, повышение уровня фосфатидилсерина и снижение содержания фосфатидных кислот.

Гиполипидемия при локальной форме ОГО, с одной стороны, может быть обусловлена недостаточностью мобилизации жиров из депо, с другой – усиленным использованием некоторых липидных фракций (свободного холестерина, моноглицеридов и др.) в качестве энергетического субстрата [44]. Полученные нами данные делали очевидным тот факт, что изменения уровня общих липидов и их фракций в крови являются чувствительными показателями оценки системных метаболических сдвигов, сопутствующих так называемой локальной форме ОГО.

При дезинтеграции липидного спектра у больных с локальной формой ОГО триглицериды и свободный холестерин обладают антифибринолитическим действием [22], следовательно, снижение содержания указанных липидных компонентов крови может способствовать активации фибринолитических реакций уже в ранние сроки развития локальной формы острого гематогенного остеомиелита у детей младшего возраста [12]. Не исключено, что возможная активация фибринолитических реакций, инициированная гиполипидемией, носит компенсаторный характер. Общеизвестными закономерностями индукции внутреннего механизма формирования протромбиназы, тромбоцитарного звена системы гемостаза, активации калликреин-кининовой системы, и соответственно, тромбоза при развитии альтеративно – некротических изменений в зоне воспаления различной локализации, в том числе в кости при локальной форме острого гематогенного остеомиелита являются десквамация эндотелия, обнажение субэндотелиальной выстилки, активация фактора Хагемана [8]. Преобладание активности прокоагулянтных механизмов или их динамическое равновесие с антикоагулянтной системой могут явиться причиной развития первой фазы ДВС-синдрома или его отсутствия у больных с локальной формой ОГО. В литературе имеются единичные сведения относительно повышения агрегационной активности форменных элементов крови, развития гиперкоагуляционного синдрома при локальных формах ОГО у детей школьного возраста [28].

Установленная нами дезорганизация фосфолипидного спектра, характеризующаяся повышением уровня фосфатидилсерина, может свидетельствовать об усилении процессов мембранодеструкции. Последнее связано с тем, что аминофосфолипиды, к которым относится фосфатидилсерин преимущественно располагаются на цитоплазматической стороне клеточной мембраны и содержание их в крови в условиях нормы незначительно. Увеличение уровня фосфатидилсерина также может быть одним из патогенетических факторов активации прокоагулянтной системы крови [44]. Дезорганизация фосфолипидного спектра крови является наиболее чувствительным, объективным критерием оценки развития системных метаболических сдвигов при локальной форме ОГО, опережая во времени интенсификацию синтеза «острофазных» белков, свойственную классическому описанию синдрома системного воспалительного ответа.

В последующих наблюдениях была поставлена задача установления патогенетической взаимосвязи между обнаруженными изменениями липидного и фосфолипидного спектров крови у детей с локальной формой ОГО и состоянием липопероксидации, отражающим процессы свободнорадикального окисления в биологических мембранах.

Как известно, источником свободных радикалов в зоне воспаления служат: дыхательный взрыв фагоцитов при их стимуляции, каскад арахидоновой кислоты, ферментные процессы в эндоплазматическом ретикулуме и пероксисомах, митохондриях, цитозоле, а также самоокисление катехоламинов, лейкофлавинов, гидрохинонов [9]. Свободные радикалы взаимодействуют с различными субстратами клеток, особенно липидными компонентами биологических мембран с образованием эндоперекисей [30]. Однако свободные радикалы, обладающие выраженной прооксидантной активностью – короткоживущие молекулы. Об интенсивности образования свободных радикалов судят по избыточному накоплению продуктов липопероксидации.

Результаты проведенных нами исследований показали, что развитие локальной формы ОГО сопровождалось избыточным накоплением продуктов перекисного окисления липидов (гидроперекисей липидов и малонового диальдегида) в эритроцитах. Данные литературы свидетельствуют о тесной связи изменений липидного обмена и интенсификации процессов липопероксидации [17], которая нашла подтверждение при установлении умеренной отрицательной прямой корреляции взаимосвязи между уровнем гиполипидемии при локальной форме ОГО и повышением содержания гидроперекисей липидов и малонового диальдегида в эритроцитах (r = –0,44, r = –0,47].

В соответствии с данными литературы и результатами собственных исследований индукторами процессов липопероксидации при инфекционной патологии, в частности при остром гематогенном остеомиелите, могут выступать не только токсические и ферментные факторы патогенности различных возбудителей, но и гипоксия смешанного генеза [37].

Действительно, в наших наблюдениях у детей с локальной формой ОГО имели место снижение парциального давления кислорода в капиллярной крови и насыщения гемоглобина кислородом, коррелирующих с избыточным накоплением гидроперекисей липидов (r = –0,61, r = –0,39) и малонового диальдегида (r = –0,56, r = –0,42), а также субкомпенсированный метаболический ацидоз.

Касаясь молекулярно-клеточных механизмов активации процессов липопероксидации при гипоксии и ацидозе, следует отметить закономерные расстройства метаболизма в зоне остеомиелитического очага, связанные с повышением проницаемости лизосом, активацией лизосомальных ферментов (фосфолипаз и протеаз), приводящей к последующей дезорганизации клеточных мембран вследствие распада фосфолипидов и белковых компонентов [21]. Последнее ведет к повышению концентрации полиненасыщенных жирных кислот, избыточному образованию простагландинов, лейкотриенов и свободных радикалов, и, соответственно, интенсификации перекисного окисления [37]. В результате проведенных нами исследований установлена корреляционная связь средней силы между повышением уровня фосфатидилсерина и избыточным накоплением гидроперекисей липидов (r = 0,47), малонового диальдегида (r = 0,51) в эритроцитах.

Стабильный уровень активности ПОЛ в биологических мембранах обеспечивается наличием мощной антиоксидантной системы, включающей ферментативные факторы ингибирования процессов липопероксидации (супероксиддисмутазу, инактивирующую супероксид-анион с образованием перекиси водорода, каталазу, глютатионпероксидазу, действующих на перекись водорода и гидроперекиси) и природные неферментативные антиоксиданты (токоферолы, стероидные гормоны, витамины А, В, К, Р, аскорбиновую кислоту, цистеин, глутатион и др.) [14]. В связи с этим представлялось целесообразным выяснить, не связана ли активация перекисного окисления липидов с недостаточностью ферментного и неферментного звеньев антиоксидантной системы крови.

Как оказалось, при локальной форме острого гематогенного остеомиелита не обнаруживалось изменения активности ферментного звена антиоксидантной системы крови (супероксиддисмутазы и каталазы), отсутствовало изменение перекисной резистентности эритроцитов – интегративного показателя стабильности эритроцитарных мембран. В то же время имело место снижение уровня общих сульфгидрильных групп крови у больных с локальной формой ОГО, что свидетельствовало, по-видимому, о недостаточности неферментного звена антиоксидантной системы крови.

Следующим направлением исследований явилось изучение взаимосвязи между активацией процессов липопероксидации, развитием гипоксемии, дезорганизацией фосфолипидного спектра крови и степенью выраженности аутоинтоксикации у пациентов с локальным течением остеомиелитического процесса.

Как известно, интегративным показателем оценки аутоинтоксикации являются молекулярные вещества средней массы от 500 до 5000 Дальтон [21, 25, 39]. Избыточное накопление токсических веществ наступает тогда, когда их образование превышает возможности организма по их биологической трансформации и элиминации.

В группе больных с локальной формой ОГО содержание МСМ оставалось в пределах нормы, что находит объяснение в динамическом равновесии процессов образования МСМ с последующим выходом в кровь и удаления их из организма.

Резюмируя приведенные выше данные, следует отметить, что клинически и рентгенологически подтвержденный локальный остеомиелитический процесс оказывает системное действие на детский организм за счет активации макро- и микрофагальной реакции в зоне воспалительного процесса, избыточного накопления провоспалительных цитокинов (интерлейкина –1, 6, 8, ФНО и др.), обеспечивающих не только межклеточное взаимодействие в лимфоидной ткани, но и обладающих способностью индуцировать выброс гормонов адаптации, лихорадочную реакцию, а соответственно, системные метаболические и функциональные сдвиги [7]. Наиболее ранними объективными критериями синдрома системного воспалительного ответа при так называемой локальной форме острого гематогенного остеомиелита у детей являются гиполипидемия, дезорганизация фосфолипидного спектра, умеренная активация липопероксидации, легкая гипоксемия и субкомпенсированный метаболический ацидоз. Вышеизложенное позволяет заключить, что устоявшаяся в клинической практике точка зрения о так называемой «локальной форме ОГО» вызывает определенные возражения в связи с выявленными нами системными метаболическими расстройствами, сопутствующими указанной патологии. До настоящего времени не производилась оценка интегративных показателей липидного и фосфолипидного спектров крови при локальной форме ОГО. В связи с этим становится очевидной возможность расширения существующих принципов оценки соматического статуса больного, диагностики и прогнозирования течения заболевания уже на ранних этапах развития патологии в соответствии с характером системных расстройств липидного обмена.

Последующие клинико-лабораторные обследования были проведены в группах больных с генерализованными формами ОГО, сопровождающимися, в соответствии с общепринятыми клиническими проявлениями, развитием синдрома системного воспалительного ответа. Основной целью дальнейших исследований явилось установление взаимосвязи тяжести клинических проявлений патологии с динамикой изменения интегративных показателей белкового, липидного и фосфолипидного спектров крови, а также кислотно-основного состояния организма для выявления прогностически неблагоприятных критериев прогрессирования заболевания.

Как оказалось, во второй группе больных ОГО с синдромом системного воспалительного ответа, имели место развитие гипо- и диспротеинемии, гипоальбуминемии, снижение содержания фибриногена и протромбина в сыворотке крови. Полученные нами данные относительно изменения белкового спектра находят подтверждение в работах ряда отечественных и зарубежных авторов [10, 26, 32]. Согласно указанным работам, развитие синдрома системного воспалительного ответа при инфекционном процессе, вне зависимости от локализации и этиологического фактора, закономерно сопровождается характерными изменениями белкового спектра крови: гипопротеинемией, гипоальбуминемией, диспротеинемией и парапротеинемией. Обращает на себя внимание тот факт, что до настоящего момента не были систематизированы данные о патогенетической взаимосвязи тяжести клинических проявлений острого гематогенного остеомиелита у детей младшего возраста и характера изменений белкового спектра крови, что ограничивало возможность использования интегративных показателей состояния белкового гомеостаза в прогнозировании развития заболевания и оценке эффективности проводимого лечения. Полученные нами данные относительно закономерных изменений интегративных показателей состояния белкового спектра крови значительно расширяют спектр диагностических и прогностических возможностей практической медицины.

Развитие гипоальбуминемии при остром гематогенном остеомиелите с синдромом системного воспалительного ответа не только приводит к нарушению реологических свойств и коагуляционного потенциала крови, усилению экссудации в зоне воспалительного процесса, но и является фактором снижения детоксицирующей функции крови в связи со способностью альбуминов инактивировать билирубин и ряд токсических соединений эндогенной природы [10].

Обнаруженное в ходе исследования, нарастание уровня глобулинов на высоте клинических проявлений ОГО с ССВО находит объяснение в данных литературы, согласно которым фракция глобулинов включает в себя «белки острой фазы». Последние обладают антиоксидантными свойствами (церулоплазмин, амилоид А, гаптоглобин, С-реактивный белок), антимикробными свойствами (С-реактивный белок, лактоферрин, факторы комплемента), а также регулируют гемостаз и антигемостаз [22, 32].

Таким образом, повышение содержания «острофазных белков» глобулиновой фракции носит защитно-приспособительный характер, препятствуя чрезмерной интенсификации свободно-радикального окисления и генерализации альтеративно-некротических сдвигов при остром инфекционном процессе. В то же время очевидна целесообразность использования интегративных показателей содержания «острофазных белков» в крови в качестве маркеров синдрома системного воспалительного ответа при остром гематогенном остеомиелите. Значительное снижение протромбинового индекса и содержания фибриногена, выявленное нами в группе больных ОГО с синдромом системного воспалительного ответа, с одной стороны, подтверждало наличие функциональных изменений со стороны печени, а с другой – обусловливало изменения коагуляционного потенциала крови. Вышеизложенные данные позволяют заключить, что нарушения системы гемостаза в динамике прогрессирования острого гематогенного остеомиелита имеют сложный патогенез, носят фазный характер в соответствии со степенью диссеминации инфекционного процесса.

Наряду с нарушениями белкового спектра крови у больных ОГО с синдромом системного воспалительного ответа имело место прогрессирование системных метаболических сдвигов, характеризующихся развитием гиперлипидемии, дислипидемии (с повышением уровня моно-, диглицеридов, неэстерифицированных жирных кислот, свободного холестерина и снижением содержания триглицеридов и эфиров холестерина), а также дезорганизацией фосфолипидного спектра (с повышением содержания фосфатидилсерина, лизофосфатидилхолина, сфингомиелина, фосфатидных кислот).

Согласно современным представлениям в адипоцитах, гепатоцитах и энтероцитах осуществляется триглицеридный цикл, включающий в себя реакции гидролиза и эстерификациии, обеспечивающий высокую чувствительность механизмов мобилизации жирных кислот к регуляторным воздействиям [68]. Гидролиз триглицеридов катализируется липазной системой и протекает в несколько этапов, промежуточными продуктами которых являются ди- и моноглицериды. Таким образом, выявленные нами изменения соотношения фракций моно-, ди-, и триглицеридов могут свидетельствовать об усилении гидролитического расщепления триглицеридов с одновременным отставанием процессов их ресинтеза в жировой ткани, печени и кишечнике. Следовательно, повышение уровня моно- и диглицеридов в сыворотке крови больных ОГО может быть использовано как прогностически неблагоприятный критерий прогрессирования остеомиелитического процесса. Обращает на себя внимание тот факт, что системные нарушения липидного обмена остаются стабильными даже в период положительной динамики клинических проявлений.

Основным биохимическим превращением холестерина (как спирта), входящего в состав всех клеток организма, выполняющего структурную функцию в биологических мембранах, определяющего проницаемость мембраны и создающего микроокружение для встроенных в мембрану ферментов, является образование эфирной связи с кислотами, в частности со свободными жирными кислотами с формированием эфиров холестерина. Установленный нами факт гиперхолестеринемии с одновременным снижением его эфиров может свидетельствовать о нарушении метаболизма холестерина, – в первую очередь в гепатоцитах, энтероцитах, а также других клетках органов и тканей.

Известно, что лизофосфатидилхолин в избыточных количествах способен оказывать повреждающее действие на структуру и функцию клеток [17], то есть обеспечивает развитие каскадного механизма аутоинтоксикации, и тем самым усугубляет тяжесть течения основного заболевания. В связи с этим повышение содержания лизофосфатидилхолина в крови свидетельствует о прогрессировании остеомиелитического процесса, и, соответственно, о целесообразности мониторирования данного показателя в комплексной диагностике генерализованных форм острого гематогенного остеомиелита.

Очевидно, что выявленные нами изменения фракции сфингомиелина во второй группе больных ОГО с ССВО, являющегося основным фосфолипидным компонентом нервной ткани, коррелируют с тяжестью течения заболевания и могут быть использованы как прогностически значимые критерии развития системных метаболических сдвигов при остром гематогенном остеомиелите.

Дезорганизация липидного и фосфолипидного спектров крови в динамике прогрессирования остеомиелитического процесса может свидетельствовать об усилении процессов мембранодеструкции, изменении проницаемости биологических мембран, нарушении функциональной активности мембраносвязанных ферментов. Подтверждением этого положения служат результаты проведенных нами исследований состояния перекисного окисления липидов и антиоксидантной системы крови у больных ОГО с синдромом системного воспалительного процесса.

Анализ полученных результатов показал, что прогрессирование острого гематогенного остеомиелита, сопровождающегося синдромом системного воспалительного ответа, характеризовалось активацией процессов липопероксидации с накоплением гидроперекисей липидов и малонового диальдегида в эритроцитах и плазме крови.

Для подтверждения патогенетической взаимосвязи активации процессов перекисного окисления липидов с дестабилизацией клеточных мембран, в частности эритроцитарных, был использован метод корреляционного анализа, позволивший установить наличие тесной корреляции между возрастанием процента гемолиза эритроцитов у больных младшего возраста с генерализованными формами острого гематогенного остеомиелита и повышением уровня гидроперекисей липидов, малонового диальдегида в эритроцитах (r = –0,80, r = –0,76) и плазме крови (r = –0,69, r = –0,67). Интенсификация процессов липопероксидации с возрастанием вышеуказанных показателей коррелировала с накоплением молекул средней массы (r = 0,78 и r = 0,72 соответственно), то есть со степенью выраженности аутоинтоксикации.

Как указывалось выше, одним из ведущих механизмов, лимитирующих чрезмерную интенсификацию процессов липопероксидации, является активность ферментного и неферментного звеньев антиоксидантной системы крови. В ходе проведенного исследования в динамике прогрессирования остеомиелитического процесса была установлена недостаточность антиоксидантной системы крови (со снижением содержания супероксиддисмутазы, каталазы, общих сульфгидрильных групп и витамина Е), причем угнетение активности супероксиддисмутазы коррелировало с избыточным накоплением гидроперекисей липидов (r = –0,73) и малонового диальдегида (r = –0,65) в эритроцитах.

Процессам липопероксидации принадлежит существенная роль в регуляции метаболизма мембранных липидов, изменении физико–химических свойств и проницаемости биологических мембран как в здоровом организме, так и в условиях развития различных патологических процессов инфекционной и неинфекционной патологии [15, 30, 34]. В подтверждении этого факта нами была установлена тесная положительная корреляционная связь между уровнем гиперлипидемии и избыточным накоплением продуктов липопероксидации: гидроперекисей липидов (r = 0,74) и малонового диальдегида (r = 0,75). Кроме того, прогрессирующее повышение уровня фосфатидилсерина (наиболее чувствительной фракции фосфолипидов) в крови коррелировало с возрастанием содержания вышеуказанных продуктов перекисного окисления липидов (r = 0,78 и r = 0,79 соответственно).

Таким образом, прогрессирование синдрома системного воспалительного ответа у больных младшего возраста с острым гематогенным остеомиелитом сопровождалось значительной интенсификацией процессов липопероксидации, угнетением ферментного и неферментного звеньев антиоксидантной системы крови, дестабилизацией биологических мембран клеток различной локализации и развитием тяжелой аутоинтоксикации. Вышесказанное позволило рекомендовать использовать эти показатели для анализа тяжести течения остеомиелитического процесса, прогнозирования развития заболевания.

Важную роль в активации процессов дезинтеграции клеточных мембран играет развитие гипоксического синдрома и ацидоза. Следует отметить, что в проведенных нами исследованиях кислотно – основного состояния во второй группе больных ОГО с ССВО было отмечено прогрессирование гипоксемии (с выраженным снижением рО2 и Sat О2 в капиллярной крови) и метаболического ацидоза (со сдвигом рН и дефицитом буферных оснований), коррелирующих со степенью выраженности системных метаболических сдвигов.

Далее представлялась целесообразной оценка показателей белкового, липидного и фосфолипидного спектров крови, а также кислотно-основного состояния в третьей группе больных с септикопиемической формой ОГО для выявления объективных метаболических критериев генерализации инфекционного процесса.

Результаты проведенных нами исследований свидетельствовали о том, что отличительными признаками белковой недостаточности при септикопиемической форме острого гематогенного остеомиелита были следующие: снижение уровня глобулинов с параллельным повышением содержания в сыворотке крови глобулинов. Развитие гипогаммаглобулинемии свидетельствовало о наличии В-зависимого иммунодефицита и его патогенетической значимости в механизмах диссеминации инфекции при прогрессировании ОГО у детей младшего возраста. Кроме того, обнаруженное нами снижение уровня фибриногена и протромбинового индекса в группе больных с септикопиемической формой ОГО являлось одним из патогенетических факторов истощения коагуляционного потенциала крови и способствовало развитию геморрагического синдрома при генерализованных формах ОГО [11, 28].

Одновременно с прогрессирующими нарушениями белкового баланса отмечались более выраженные изменения липидного и фосфолипидного спектров крови при септикопиемической форме ОГО. Отличительными признаками диссеминации инфекции были: более значительная, стабильная гиперлипидемия с первых дней болезни, резкое увеличение содержания триглицеридов и возрастание уровня лизофосфатидилхолина. Последнее позволило рекомендовать в качестве прогностически значимых критериев, коррелирующих с тяжестью течения остеомиелитического процесса, вышеуказанные показатели содержания в сыворотке крови общих липидов, триглицеридов, лизофосфатидилхолина.

Наличие глубоких, стойких нарушений белкового и липидного обмена при септикопиемической форме ОГО было связано не только с первичной альтерацией в месте инокуляции инфекционного агента, но и с массивным каскадом реакций вторичной альтерации, протекавших на фоне гипоксии смешанного генеза, нарушения кислотно-основного равновесия. Оценка кислотно-основного состояния у пациентов третьей группы выявила декомпенсированный ацидоз со значительным сдвигом рН и дефицитом буферных оснований, тяжелую гипоксемию с гиперкапнией, снижение насыщения гемоглобина кислородом, сохранявшиеся на протяжении всего периода наблюдения.

Установившаяся в настоящее время в клинической практике концепция существования так называемой «локальной формы острого гематогенного остеомиелита», нуждается в пересмотре в связи с полученными данными относительно развития системных метаболических сдвигов при указанной форме патологии. Несмотря на клинический и рентгенологический диагноз локальной формы ОГО, остеомиелитический очаг оказывает выраженное системное действие на организм ребенка, вызывая прежде всего гиполипидемию, дезорганизацию фосфолипидного спектра крови, умеренную активацию липопероксидации. Обнаруженные изменения опережают во времени интенсификацию синтеза «острофазных белков», свойственную, в соответствии с современными данными, синдрому системного воспалительного ответа [10, 26, 32]. Комплексное клинико-лабораторное обследование больных младшего возраста с прогрессирующими формами острого гематогенного остеомиелита позволило определить динамику сдвигов интегративных показателей белкового, липидного спектров, перекисного окисления липидов, антиоксидантной системы крови, кислотно-основного состояния, коррелирующих с тяжестью течения патологии. Прогностически неблагоприятными показателями усугубления аутоинтоксикации являются гипопротеинемия, гипоальбуминемия, диспротеинемия, гиперлипидемия, дислипидемия, дезорганизация спектрального состава фосфолипидов, накопление продуктов липопероксидации (гидроперекисей липидов и малонового диальдегида), недостаточность ферментного и неферментного звеньев антиоксидантной системы крови, тяжелая гипоксемия и декомпенсированный ацидоз.

Выявление наиболее чувствительных интегративных показателей системных метаболических расстройств, свойственных синдрому системного воспалительного ответа позволило составить алгоритм диагностики и прогнозирования развития генерализованных форм острого гематогенного остеомиелита у детей младшего возраста.

Таким образом, установленные нами закономерности и патогенетические взаимосвязи нарушений белкового, липидного, фосфолипидного спектров крови, кислотно-основного состояния, интенсификации процессов липопероксидации позволяют не только дополнить существующие представления о патогенезе системных метаболических расстройств при прогрессировании ОГО, но и использовать полученные данные в целях прогнозирования развития генерализованных форм указанной патологии и оценки эффективности проводимого лечения.

Указатель основной литературы

  1. Абаев Ю.К. // Детская хирургия. – 2004. – №1. – С. 10–13.
  2. Абушкин И.А. // Детская хирургия. – 2001. – №1. – С. 31–34.
  3. Ализаде Ч.А. // Хирургия. – 2000. – №8. – С. 42–51.
  4. Акжигитов Г.Н., Юдин Я.Б. Гематогенный остеомиелит – М.: Медицина, 1998. –288 с.
  5. Аюпов Р.Х. // Детская хирургия. – 2000. – № 6. –С. 15–18.
  6. Березов Т.Т., Коровкин Б.Ф. Биологическая химия. – М.Медицина. – 1998. – 704 с.
  7. Володин Н.Н. // Международный журнал по иммунореабилитологии. – 2001. – Т.2. – №1. – С. 175–185.
  8. Зайчик А.Ш., Чурилов Л.П. Основы общей патологии // Руководство по общей патофизиологии. – СПб. – 1999. – ЭЛБИ, Часть 1. – 624 с.
  9. Зафранская М.М. // Детская хирургия. – 2002. – №6. – С. 24–26.
  10. Захарова Л.И. // Материалы: Актуальные вопросы педиатрии, акушерства, гинекологии и детской хирургии: Тезисы Поволжской научно-практической конференции. Ульяновск, 12–14ноября 2002г., с.47–50.
  11. Исаков Ю.Ф., Белобородова Н.Н. Сепсис у детей. – М.: Мокеев, 2001. – 368с.
  12. Каиров Г.Т. // Педиатрическая анестезиология и интенсивная терапия: Материалы II Российского конгресса, Москва, 2003 г., с. 169–170.
  13. Ковальчук В.И. // Медицинские новости. – 1998. – №11. – С. 16–18.
  14. Крюкова А.Г. // В сб.: Актуальные вопросы педиатрии, акушерства, гинекологии и детской хирургии: Тезисы Поволжской научно-практической конференции. Ульяновск, 12–14ноября 2002г., с. 69–71.
  15. Курашвили Л.К. Нарушения липидного обмена при экстремальных состояниях: Автореферат дис….канд. мед. наук. – Саратов, 1996. – 38с.
  16. Масликов В.М. // Сборник трудов Томского университета. 50 лет детской хирургии Томской области. – Томск, 1996. – С. 48–50.
  17. Новочадов В.В. Патология липидного обмена при эндотоксикозе: Автореферат дис…доктора мед. наук. – Волгоград, 2001. – 34 с.
  18. Петросян Э.А.// Клиническая лабораторная диагностика. – 2001. – №8. – С.5–8.
  19. Прутовых Н.Н. // Детская хирургия. – 2002. – № 4. – С.12–15.
  20. Руднев В.И. Ранняя диагностика и комплексное этиопатогенетическое лечение септикопиемической формы острого гематогенного остеомиелита у детей: Автореф. дис…. канд. мед. наук- М. – 1998. – 24с.
  21. Рябов Г.А. // Вестник интенсивной терапии. – 2002. – №4. – С.4–7.
  22. Ткачук В.А. Клиническая биохимия. Руководство по биохимии. – Москва, 2002. – Гэотар-мед, 358с.
  23. Цуман В.Г. // Детская хирургия. – 2001. – №1. – С.7–11.
  24. Четин М.В. // Детская хирургия. – 1999. – №3. – С.53.
  25. Чернышев А.К. // Материалы II Российского конгресса «Педиатрическая анестезиология и интенсивная терапия»: Москва, 2003г., с.52–59.
  26. Шабалов Н.П. // Педиатрия. – 2003. – №5. – С.46–56.
  27. Шалыгин В.А. // Детская хирургия. – 2002. – №4. – С.15–17.
  28. Шалыгин В.А.// Педиатрическая анестезиология и интенсивная терапия: Материалы II Российского конгресса Москва, 2003г., с.322–324.
  29. Щитинин В.Е. // Детская хирургия. – 2000. – №5. – С.8–11.
  30. Aruoma O.I. // JAOCS. – 1998. – Vol.75. – .№2. – P.199–212.
  31. Balonh L. // Orv. Hetil. –1998. – Sep.6; 139 (36): 2141–3.
  32. Benitz W.E. // Pediatrics. – 1998. – 102 (4):41–3.
  33. Bonhoeffer J. // Swiss Med Wkly. – 2001. – Oct 6;131 (39–40):575–81.
  34. Border I.R. Metabolic responses on the trauma and sepsis /I.R. Border, L.B. Bone, S.M. Steinberg, I.L. Rodrrigues. – New York, 1996. – 235p.
  35. Chen C.E. // Arch. Orthop. Trauma Surg. – 2001. – Oct; 121 (9):521–6.
  36. Floret D. // Arch. Pediatr. – 2001. – Sep; 8 Suppl 4: 726s-768s. Review. French.
  37. Giammarioli S. // Ann. Ist. Super. Sanita. – 1999. – Vol.35. – P.563–576.
  38. Hsu H.L. // Journal Microbiol. Immunol. Infect. – 2001. – Dec;34 (4): 275–80.
  39. Matsunaga T. // J. Biol. Chem. – 2001. – Vol.130. – P.285–293.
  40. Parker M. // New Horis. Sci. and Pract. Acute Med. – 1998. – Vol.6. – P.130–138.
  41. Peltola H. // Pediatrics. – 1997. – Jun; 99(6):846–50.
  42. Wandl-Vergesslich K.A. // Radiologe. – 1996. – Oct.; 36 (10): 805–12.
  43. Wathne K.O. // Tidsskr Nor Laegeforen. – 2001. – May 30; 121 (14): 1693–6. Norwegian.
  44. Zwaal R.F.A. // Blood. – 1997. – Vol. 89. – P.1121–1132.

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.252